MusicGu.ru

Виктор Третьяков





Он ничем не выделялся в толпе:


Повстречаешься — и мимо пройдёшь.


Лишь, когда он песни грустные пел,


Становился на других непохож.





А порою приключалась хандра,


И он вымученный, кутался в плед.


Так бывает, если пьёшь до утра,


Или, если не выходит куплет.





Ангел крыльями струну зацепил,


Правда, смысл объяснить не успел,


А он вином, скорей лечился, чем пил,


И со сцен, скорей молился, чем пел.





В благовонии церковных кадил


Он не часто ритуал соблюдал,


Но в любимчиках у Бога ходил,


И, поэтому, так много страдал.





Он шептал молитвы до хрипоты,


Здесь посредники, считал, не при чём,


И, причём, бывал со смертью на "ты",


И подмигивал ей через плечо.





Он выдумывать — большой был мастак,


И до ноты весь свой путь расписал.


И, поэтому, любил каждый такт,


И вступление, и даже — финал.





Можно было бы прилечь, отдохнуть,


Но он знал — отпущен срок небольшой.


Он не то, чтоб был поэтом, отнюдь,


Просто жил и пел с больною душой.





А когда на тишь ваганьковских снов,


Самый первый листопад выпадал,


Всё понятно ему было без слов —


Он давно уже сезон угадал.





Он придумал бабье лето давно,


В обезумевшей от снега стране,


И запомнил: если много дано,


То и спросится, в итоге — втройне.





Он ничем не отличался от нас,


Как и все, любил балет и бега,


Но, когда стоял на сцене ан фас,


Было ясно, что он Божий слуга!





30.10.1994

Виктор Третьяков





Он ничем не выделялся в толпе:


Повстречаешься — и мимо пройдёшь.


Лишь, когда он песни грустные пел,


Становился на других непохож.





А порою приключалась хандра,


И он вымученный, кутался в плед.


Так бывает, если пьёшь до утра,


Или, если не выходит куплет.





Ангел крыльями струну зацепил,


Правда, смысл объяснить не успел,


А он вином, скорей лечился, чем пил,


И со сцен, скорей молился, чем пел.





В благовонии церковных кадил


Он не часто ритуал соблюдал,


Но в любимчиках у Бога ходил,


И, поэтому, так много страдал.





Он шептал молитвы до хрипоты,


Здесь посредники, считал, не при чём,


И, причём, бывал со смертью на "ты",


И подмигивал ей через плечо.





Он выдумывать — большой был мастак,


И до ноты весь свой путь расписал.


И, поэтому, любил каждый такт,


И вступление, и даже — финал.





Можно было бы прилечь, отдохнуть,


Но он знал — отпущен срок небольшой.


Он не то, чтоб был поэтом, отнюдь,


Просто жил и пел с больною душой.





А когда на тишь ваганьковских снов,


Самый первый листопад выпадал,


Всё понятно ему было без слов —


Он давно уже сезон угадал.





Он придумал бабье лето давно,


В обезумевшей от снега стране,


И запомнил: если много дано,


То и спросится, в итоге — втройне.





Он ничем не отличался от нас,


Как и все, любил балет и бега,


Но, когда стоял на сцене ан фас,


Было ясно, что он Божий слуга!





30.10.1994

Адрес электронной почты		example@domain.ru
Код заказа		999-999
Нажмите после заполнения
Пожалуйста, вводите корректный адрес электронной почты, так как на этот адрес будет отправлена дополнительная ссылка на загрузку выбранной Вами песни. Если был указан неправильный адрес электронной почты, вы можете его исправить. Для исправления адреса электронной почты отправьте электронно письмо в службу поддержки (support@musicgu.ru). В письме укажите полученный Вами код и корректный адрес электронной почты. Отправляя сообщение на один из предоставленных номеров Вы подтверждаете свое согласие с Правилами использования сайта и Пользовательским соглашением.