Текст песни: Андрей Ширяев - От сладчайшего стона зачатья до крика рожденья и далее
Андрей Ширяев
От сладчайшего стона зачатья до крика рожденья и далее - к смерти,
В промежуток, отпущенный кем-то на смерть и на все, что свершится за нею,
Непременно рожденье иное, что дух очищает, как римские термы.
И греховное тело сливается с ним. Остальное - пустая затея.
Остальное - обжорство и сон, и потуги на самопознанье меж ними.
Протоплазма активной становится только в предчувствии сильного глада.
В шторме жидких телес неповинен Борей, коль его самого подменили
На нежнейшие струи дыханья зефирова от геллеспонтов до ладог.
Эти катарсис, карма, иное - один на один, без любви, без движенья
Невозможны. Безмолвствуют все, даже скорбные те на рублевском портрете.
Но катализ распада (предчувствия смерти) и синтеза (перерожденья)
Совершится по древним законам в том случае, если присутствует Третий.
Кто тебе тот убогий чужой человек, пристрастившийся к пьяному зелью
И остывший в подлеске, тебя наделяя осколками хрупкого хлеба?
...только сосны тусклеют металлом копейного войска, ушедшего в землю,
Гребнем выгнутым тщатся по прядям разъять темнорунное тяжкое небо.
1989
Идет поиск видеоклипа в базе...
(при отсутствии ролика в базе, ничего не произойдет)

Андрей Ширяев
От сладчайшего стона зачатья до крика рожденья и далее - к смерти,
В промежуток, отпущенный кем-то на смерть и на все, что свершится за нею,
Непременно рожденье иное, что дух очищает, как римские термы.
И греховное тело сливается с ним. Остальное - пустая затея.
Остальное - обжорство и сон, и потуги на самопознанье меж ними.
Протоплазма активной становится только в предчувствии сильного глада.
В шторме жидких телес неповинен Борей, коль его самого подменили
На нежнейшие струи дыханья зефирова от геллеспонтов до ладог.
Эти катарсис, карма, иное - один на один, без любви, без движенья
Невозможны. Безмолвствуют все, даже скорбные те на рублевском портрете.
Но катализ распада (предчувствия смерти) и синтеза (перерожденья)
Совершится по древним законам в том случае, если присутствует Третий.
Кто тебе тот убогий чужой человек, пристрастившийся к пьяному зелью
И остывший в подлеске, тебя наделяя осколками хрупкого хлеба?
...только сосны тусклеют металлом копейного войска, ушедшего в землю,
Гребнем выгнутым тщатся по прядям разъять темнорунное тяжкое небо.
1989
| Код заказа | 999-999 | |
| Нажмите после заполнения | ||
|
Пожалуйста, вводите корректный адрес электронной почты, так как на этот адрес будет отправлена дополнительная ссылка на загрузку выбранной Вами песни. Если был указан неправильный адрес электронной почты, вы можете его исправить. Для исправления адреса электронной почты отправьте электронно письмо в службу поддержки (support@musicgu.ru). В письме укажите полученный Вами код и корректный адрес электронной почты. Отправляя сообщение на один из предоставленных номеров Вы подтверждаете свое согласие с Правилами использования сайта и Пользовательским соглашением. |
||
Еще тексты песен: Андрей Ширяев
АНТИ-ЭЛИЗИУМ. Поэма
Беспризорная девочка...
Был Летний сад...
Венок сонетов
Возвращение на Итаку
Вольный перевод с древнего
Вор Олимпийского иконостаса...
Ворон
Восемь плит на дорогу и пара монет королю...
Вот дом, который ждет почти сто лет...
Вот и все...
Вот октябрь. И светило к надиру...
Две природы мои, две крови, два сока вязких...
Дворец Убитых
Джон Донн. Послание
До розовых небес бродил в ночном лесу...
Жужжит веретено...
Каллиопа
Кто ты мне, мой я? Не кесарь, не илот...
Микротрагедии
Мой город, мой король, персона грата...
Молчали усталые белые яхты...
Мы выкурим пол-пачки сигарет...
Начало
Но с утра не сумею уйти, не скажу отпусти...
Ностальгия
Обращение к Горацию
Осень
От сладчайшего стона зачатья до крика рожденья и далее
Письма в столицу
Письма с Понта. Письмо второе
Письма с Понта. Письмо первое
Письма с Понта. Письмо третье
Познавшему меня я говорю: молчи...
Раньше
Случайный ангел мой, бродячий колокольчик...
Сметлив рассудок моего Орфея...
Стансы
Старый подъезд
Стекал июль дождями с проводов...
Ты пой, душа моя, искусница, забава!..
Ухожу со стаей журавлей...
Учитель, Мудрец, темноликий старик...
Фантош, чудесный плут, неуловимый гений...
Фея, рева, невольница, черная пешка...
Что там, мой ангел райский, раешный...
Я превращаюсь в прохладную воду...
Январь опустел, опустил рукава...
Беспризорная девочка...
Был Летний сад...
Венок сонетов
Возвращение на Итаку
Вольный перевод с древнего
Вор Олимпийского иконостаса...
Ворон
Восемь плит на дорогу и пара монет королю...
Вот дом, который ждет почти сто лет...
Вот и все...
Вот октябрь. И светило к надиру...
Две природы мои, две крови, два сока вязких...
Дворец Убитых
Джон Донн. Послание
До розовых небес бродил в ночном лесу...
Жужжит веретено...
Каллиопа
Кто ты мне, мой я? Не кесарь, не илот...
Микротрагедии
Мой город, мой король, персона грата...
Молчали усталые белые яхты...
Мы выкурим пол-пачки сигарет...
Начало
Но с утра не сумею уйти, не скажу отпусти...
Ностальгия
Обращение к Горацию
Осень
От сладчайшего стона зачатья до крика рожденья и далее
Письма в столицу
Письма с Понта. Письмо второе
Письма с Понта. Письмо первое
Письма с Понта. Письмо третье
Познавшему меня я говорю: молчи...
Раньше
Случайный ангел мой, бродячий колокольчик...
Сметлив рассудок моего Орфея...
Стансы
Старый подъезд
Стекал июль дождями с проводов...
Ты пой, душа моя, искусница, забава!..
Ухожу со стаей журавлей...
Учитель, Мудрец, темноликий старик...
Фантош, чудесный плут, неуловимый гений...
Фея, рева, невольница, черная пешка...
Что там, мой ангел райский, раешный...
Я превращаюсь в прохладную воду...
Январь опустел, опустил рукава...